Русские в дании

Содержание

Как живут русские в Дании

Русские в дании

Фотограф Елена Мёллер приезжала из Краснодара в Данию в гости к маме, давно осевшей здесь, а потом вышла замуж за датчанина, родила ребенка и теперь живет в Нюборге — городе со старинным замком, окруженным большими полями. Она рассказала, сколько стоит жизнь в стране, как найти друзей и работу, легко ли устроить ребенка в садик, какую музыку принято слушать и что делать в городе, который пустеет после семи вечера. 

Почему Дания

Дания — маленькое и самое южное государство в Скандинавии. Много лет подряд она занимает верхние строчки в мировых рейтингах по доходам, уровню жизни и счастья населения. Книга «Хюгге — датский рецепт счастья» стала мировым бестселлером, и по всему миру пошла мода на хюгге-кофейни, скандинавский дизайн и уютно-удобную одежду для образа жизни в датском стиле.

Как русские попадают в Данию

Переехать в Данию проще всего через брак с местным жителем или приглашение на работу. Если вы не врач, инженер или IT-специалист, работа, скорее всего, будет временной.

У меня нестандартная история переезда. Чаще всего, чтобы найти мужа-датчанина, женщины знакомятся в интернете и иногда попадают в лапы придурков. Одна рассказывала: мужчина запрещал ей мыться, потому что экономил воду.

Я не искала датского мужа, просто приезжала сюда в гости и встретила его в один из своих визитов. Потом переехала и вышла замуж, а три года назад родила ребенка.

Как общество относится к «смешанным» семьям? Абсолютно нормально, здесь огромное количество разных браков с мигрантами.

Привычная картина — старый датчанин и молоденькая тайка сидят на лавочке, он что-то говорит и кормит ее мороженым. А она не знает язык и ни черта не понимает.

Или датчанка лет 50-ти и ее парень — 20-летний мулат. В Дании много мигрантов, и никто не удивляется бракам с людьми из других наций.

studiolaska / Shutterstock

У меня есть фотофирма, я беру частные заказы, но фотографы в Дании не так востребованы, как в России.

В Краснодаре я зарабатывала большую часть денег на свадьбах, а здесь много фотографов-любителей, которые снимают бесплатно.

Здесь так: «О, тебе нужен фотограф на свадьбу? Мой брат умеет снимать, попросим его взять фотоаппарат». Датчане очень простые, могут вообще обойтись без фотографа, поснимать на телефоны.

Можно было бы получать больше заказов в Копенгагене, но от Нюборга до столицы полтора часа езды на поезде или машине. Ездить дорого, особенно при условии, что с каждой съемки нужно отдать почти половину на налоги.

Образование для взрослых

Здесь можно подтвердить любое российское образование. Комиссия будет смотреть на ваш опыт работы, практику, оценки. Дополнительно нужно будет выучить довольно сложный датский язык и пройти практику.

В Краснодаре я училась на соцработника и в Дании могла бы подтвердить это образование, чтобы работать по профессии, но пришлось бы переделывать много документов.

И такие специалисты плохо востребованы на рынке труда.

Сейчас я учусь в 10-м классе местной школы — это аналог российской вечерней школы. Мне нужно знать датский язык на уровне «А», это займет примерно 2–3 года.

Еще мы читаем литературу, пишем тексты, изучаем математику и обществознание. Я получаю стипендию — около 6 тысяч крон — это 60 тысяч рублей на российские деньги.

Звучит здорово, но помните, что все цены тут тоже надо умножать на 10. На эти деньги в Дании нельзя прожить, если у тебя нет жилья.

Radiokafka / Shutterstock6000 датских крон или 60 000 ₽
Стипендия в датской вечерней школе

Готовлюсь поступать на психолога.

Психологи в Дании очень хорошо зарабатывают, но путь в профессию длинный. Нужно закончить ВУЗ — это 3 года для бакалавра и 6 лет для кандидата.

Потом придется 200 часов бесплатно отработать ассистентом психолога, а после можно пойти работать в школу или открыть частную практику.

Налоги

Налоги всегда считаются индивидуально, причем учитывается доход всей семьи и социальные выплаты вроде стипендии. За налогами следит коммуна: там знают, что мы купили дом, а не арендуем его.

Первые пару месяцев я получала 6200 крон, и с них «снимали» налог в 200 крон. Однажды мой муж-преподаватель взял дополнительные уроки и заработал больше, а я поработала фотографом на свадьбах и получила 18 тысяч крон.

И в том месяце из моей стипендии вычли около 40% налогов.

В Дании огромные налоги, но здесь прекрасные дороги, больницы, транспорт. В школе или садике дети получают одинаковые завтраки и вообще все условия вне зависимости от того, сколько платят их родители — полную стоимость или символическую сумму. Система уравновешивает всех в получении базовых услуг.

Кто заправляет всем в Дании

Все вопросы в Дании решаются через коммуны. Коммуна — это орган местного самоуправления. Она объединяет несколько маленьких соседних городов.

Чем больше людей в коммуне, тем она богаче, туда стекаются все налоги, и чиновники решают, как их тратить. Любой житель в любой момент может прийти и сказать: «У нас на улице плохой асфальт, надо переделать».

Его примут, выслушают, угостят пивом или колой. В коммуну можно обращаться за всем, чем угодно, — от продления виз до крещения детей.

Когда я только переехала, мне из коммуны прислали письмо: «Приглашаем вас на автобусную экскурсию с мэром города».

В нужный день мы собрались — человек 10 новых жителей, поехали по городу, а мэр рассказывал нам историю мест, о своей работе, о работе коммуны. Это нормальная практика.

А мне она тогда показалась удивительной, не представляю, чтобы мэр даже маленького российского города проводил экскурсии для новых жителей.

Radiokafka / Shutterstock

Детские садики

До трех лет моя дочь ходила к «дау плай мо»: «дау» — дневной, «плай» — забота, «мо» — мама. По сути,  это человек, который устроил в своем доме частный садик. Он берет группы по 4–5 детей, обучает, развлекает, кормит. Коммуна платит ему зарплату. Это чаще пенсионер или молодая мамочка, но бывают и мужчины.

Мы платим за пребывание ребенка с утра и до вечера 2720 крон. Опять же — кто-то платит меньше или не платит вообще, а кто-то — больше, потому что стоимость для вас индивидуально рассчитывается через коммуну.

2720 крон (около 26 000 ₽)
Платим за детский сад в месяц

В Дании есть и госсадики, и частные сады, но они почти не отличаются друг от друга. Так же как платные и бесплатные школы.

Продукты

Несмотря на холодный климат, в Дании много полей, где выращивают картошку, лук, морковь, тыкву. А большинство фруктов привозные — испанские, реже египетские.

Пакет молока = 8,5–10 датских крон (около 100 ₽)

Куриная грудка = до 70 крон за кг (около 670 ₽)

Хорошая рыба = 50 крон за 100 г нарезки (около 500 ₽)

Яблоки = 15 крон за 1,5 кг (около 150 ₽)

EQRoy / Shutterstock

Социальные особенности Дании

Здесь не принято вести себя так: «У меня суперкрутые найки, а у тебя нет». Богатые люди стараются не афишировать состояние. У меня есть знакомая — бизнес-леди, дочь лорда, который наследовал земли и замок. Вот она едет с работы на ржавом скрипящем велосипеде в простом леопардовом пальтишке и улыбается. Дома у нее Фольксваген Жук.

Еще Дания сильно поддерживает мигрантов и отправляет миллионы за границу: поддержка Африки, поддержка Сирии. У подруги мама работает в африканской школе, которую открыли на деньги датских налогоплательщиков, туда везут кучу всего.

Здесь принято делать то, что нравится, поэтому многие выбирают ремесленные профессии: плотник, маляр. Нравится красить — окей. Человек выучился на маляра и работает за нормальные деньги всю жизнь.

Есть и проблемы, среди которых главная — это лень датчан. У меня в школе есть люди, которые живут только на стипендию. Многие молодые люди не начинают работать до 20–25 лет. Безработные «съедают» деньги, которые платят работающие.

Люди не стремятся получать высшее образование, родители не пинают и не настаивают. Для русских это непривычно, у нас осталось со времен СССР: «Прыгай выше всех, бегай быстрее всех». Мы мчимся, деремся за место под солнцем.

А датчане расслабленные.

Todamo / Shutterstock

Музыка

В Дании много арабских рэперов и чернокожих реггистов. Этакие банды уличных пацанов. Есть «адаптированные» арабские исполнители, которые давно здесь живут, они поют или читают рэп на датском, но в своем арабском стиле. Подростки и молодые люди обожают их и еще слушают разную арабскую и не-арабскую попсу.

Молодежь и люди постарше отличаются в музыкальных вкусах. Люди после 25–30 лет часто любят рок. Кстати, большинство местных рок-музыкантов поют на английском, а не на датском, потому что ориентированы на внешний рынок. Есть исполнители, любимые у датчан, которых можно сравнить с Земфирой или Борисом Гребенщиковым: это осмысленные тексты, хорошая и спокойная музыка.

Есть музыкант Питер Соммер — это датский Борис Гребенщиков. Он стебется над местным образом жизни, над закрытостью датчан. Вроде: «Мы как мыши сидим по домам». Недавно я очутилась в центре Копенгагена после семи вечера, и улица была абсолютно пустой. В такие моменты хорошо включить в наушниках Соммера и почувствовать эту датскую атмосферу.

Концерты и музыкальные фестивали для датчан — одно из главных развлечений. Здесь построили большой концертный холл, куда приезжают известные группы. Я ходила туда на RHCP.

Как развлекаться

Наш город находится в аграрном районе: вокруг поля и тепличные комплексы. Но даже здесь есть несколько ресторанов высокой кухни с серьезными коками, которые делают маленькие и вкусные порции. В Дании хорошо с ресторанным бизнесом, а в Копенгагене особенно много креативных мест. Например, переделали бывшее помещение ЖД-вокзала под производство виски и ресторанчик.

Датчане любят вино и виски. Но это предпочтения людей после 25 лет — как раз тех, что уже переболели арабским рэпом и полюбили Соммера. Подростки любят пиво и вечеринки, где они напиваются всем подряд и идут громить что-нибудь в городе.

В Дании популярны настольные игры и маленькие клубы по интересам. Вокруг нашего дома полно таких: стрелковые клубы, велоклубы. Спорт здесь тоже любят: обычные походы, велопоходы, пробежки. Есть довольно массовое движение реконструкторов.

Radiokafka / Shutterstock

Где искать друзей

В моем городе где-то пять русских женщин, я с ними не общаюсь, но у меня есть подруга — русскоговорящая армянка. Еще я хожу в русский центр в Копенгагене. Там бывают женщины, переехавшие в Данию из России на ПМЖ через замужество. И российские специалисты, которые приехали на время работать по приглашению от организации, — врачи, инженеры, дизайнеры.

Хюгге

Я не читала книгу про датский рецепт счастья, но она похожа на правду. Слово «хюгге» здесь произносят по 20 раз в день. «Мне нравится быть с тобой» — это «мне хюгге с тобой». Я играю с дочкой на площадке, мой муж уходит куда-то и говорит: «Хюгге!» — это значит: «Кайфуйте, девчонки!».

Датчане пьют кофе литрами и бесконечно едят бола — булочки. Вот я сейчас пеку булочки с шоколадными кнопками для детей из группы моей дочки в садике. Да, они носят серую и черную одежду,  удобную обувь.

Я привезла с собой из Краснодара туфли на каблуках и ни разу не надела. Женщина может надеть красивые туфли, но на плоской подошве, а блестящее платье обязательно будет удобным.

Хотя пожилые женщины могут одеться красиво и необычно, а молодые девчонки красиво одеваются в ночные клубы, но в основном все носят расслабленную одежду.

Феминизм

Все женщины в Дании свободолюбивы и ревностно защищают свои права. Если в баре мужчина напился и начинает что-то плохое говорить про женщин, к нему повернется минимум одна и спросит: «Что-что?» Здесь есть реабилитационные центры для мужчин, которых обижают женщины дома. Если она давит, наседает или проявляет агрессию — он может обратиться и получить помощь психолога.

В политике много женщин. Я недавно была на мероприятии, где из пяти политиков — две женщины. Многие министры — женщины. Вообще, здесь ничто не мешает себя реализовать, если ты «дюгте» — то есть умный и квалифицированный человек.

Shalom Rufeisen / Shutterstock

Семейные ценности

Семья для датчан очень важна. И здесь нет разделения — сожительство или законный брак. Гражданский брак — это полноценный брак, он признается по закону, и если пара расходится, то следует раздел имущества.

Любые отношения для датчан — святое. Здесь не принято изменять, во всяком случае, открыто. Хотя люди разные, есть и мужчины-гуляки. Но это осуждается в обществе.

Допустим, у тебя есть парень, и ты идешь без него с друзьями в бар, где к тебе пристает незнакомец.

К нему быстро подойдут твои друзья и скажут: «Ты что? У нее есть отношения!» А тот человек сразу пойдет на попятную: «Извини, я не знал».

Как стать своим

Датчане — закрытые и семейные люди. С ними можно подружиться, если быть активным — ходить в сообщества, работать, общаться с соседями. Здесь принято часто дарить маленькие подарки: соседу, воспитателю в садике, коллеге. Если ты заходишь к кому-то в гости, пусть по делу и ненадолго, он испечет к твоему приходу булочек. И ты должен поступать точно так же.

Ставьте палец вверх и подписывайтесь на наш канал, чтобы получать интересные тексты еще чаще

Источник: https://zen.yandex.ru/media/tu_tu_ru/kak-jivut-russkie-v-danii-5cf4d07e5e3da300ae11def3

«Я не датчанка и не русская»: как живут эмигранты 90-х в Дании

Русские в дании

Перестройка и распад СССР привели к падению железного занавеса, поэтому 1990-е годы стали временем интенсивной миграции русскоязычного населения в Европу. Одни стремились к новым возможностям, другие бежали от нищеты и политической напряженности, третьи ехали создавать семьи в более благоприятном месте.

Русскоязычные сообщества появляются в Дании с начала 90-х, и до сих пор они содействуют приезжим в адаптации: помогают с поиском работы, оказывают психологическую и социальную помощь, обучают русскому языку детей из смешанных семей.

Сейчас в Дании проживает более 7000 эмигрантов из России, а также примерно 29 000 выходцев из бывших союзных республик. Многие из них — поколение мигрантов 1990-х годов.

«Афиша Daily» узнала, кто эти люди и что происходит с их идентичностью.

Актер. Живет в Копенгагене 23 года

Я родился в Киеве. Родители умерли после Чернобыля, и я остался один. Потом меня усыновила датская семья. Два года я плакал и скучал по дому и друзьям, писал письма и оставлял их на могиле у Ханса Кристиана Андерсена. Первые пятнадцать лет я был в поиске дома, семьи и поэтому часто возвращался в родной Киев, где бродил по улицам, сидел на лавочке возле дома, ходил на кладбище.

В итоге я не смог жить в состоянии тоски и постоянного поиска. Я отпустил прошлое — и не был в Киеве уже пять лет. Здесь я работаю актером в театре на кладбище Assistens: играю героев из романов Достоевского, Чехова и других русских писателей.

Я прожил здесь 23 года, большую часть своей жизни. Но датчане до сих пор меня спрашивают: «Когда ты вернешься обратно на родину?»

Яна Голованова, 42 года

Предприниматель, занимается балетом. Живет в Копенгагене 13 лет

Я хотела поменять свою жизнь, поэтому переехала в Данию. В Копенгагене я поступила в университет на гуманитарный факультет, где изучала датский язык и культуру, читала датскую классику в оригинале, общалась с разносторонними людьми. Для меня датская культура обаятельна — в ней есть что‑то наивное и детское. Мне уютно и комфортно в этой стране.

В 2008 году у меня родилась дочь, и вместе с этим появились первые сложности в воспитании. Сейчас она заканчивает второй класс при российском посольстве, а младшая дочь ходит в детский сад, и, скорее всего, она будет учиться одновременно в датской и российской школах. Я до сих пор задаюсь вопросом, какой язык у детей должен быть основным.

Я чувствую, что принадлежу к сообществу русских эмигрантов всего мира. Я ощущаю общность знаний, традиций, культуры. Мы чувствуем себя уверенно вместе со своими ценностями. Мы берем что‑то от иностранной культуры, но подсознательно все время сравниваем «наше» с «не нашим».

Илона Будникова, 34 года

Живет в Копенгагене 24 года, стоматолог

Я родилась на Украине, в Харькове. Моя мама познакомилась с датчанином по объявлению в газете и вышла замуж — в 1990-е годы это было популярно. Мы переехали в Копенгаген, и для меня это стало шоком.

Сначала я училась в классе для иностранцев. Я была на год младше всех и при этом лучше всех училась. Когда ученики узнали мой возраст, я стала воздухом для них — они начали полностью меня игнорировать.

Я замкнулась в себе, стала часто прогуливать занятия, но никому не рассказывала о проблеме. В 8-м классе меня перевели в датскую школу, где я научилась свободно говорить на датском языке. Потом я выбрала профессию стоматолога и поступила в университет.

Здесь у меня своя стоматологическая клиника.

Я поймана между двумя мирами. Застряла в транзитной зоне. Дания — не моя родина, но и на Украине я не чувствую себя своей. Возможно, это только начало, и я найду свою третью родину.

Оксана Cороколетова, 47 лет

Режиссер массовых праздников и театральных представлений. Живет в Дании 27 лет

В 1990-х я закончила университет в Минске, и меня распределили в витебский деревенский клуб. В 1989—1990-м из Европы в СССР приехало движение неформальной молодежи Next Stop. Их целью было познакомиться с Советским Союзом. Я махнула рукой на Витебск и уехала с ними в Данию. Через год Советский Союз распался, и я продлила визу.

Я встречалась с итальянцем из Дании, три месяца пела в русском ресторане в Копенгагене, ходила в русском народном костюме на презентацию первой компьютерной фирмы в стране и многое другое. Было весело.

Периодически я возвращалась в Минск. Но в 1990-х в Белоруссии были трудные времена, и я поняла, что придет время, когда ко мне придут из КГБ. Я переехала в Данию и вышла замуж. Я никогда не мечтала о переезде за границу.

Просто так произошло.

Я повзрослела в Дании. Я постоянно боролась: за место, где жить, за язык, за то, что я не хуже других. Я живу здесь большую часть жизни и до сих пор слышу: «Ты хорошо говоришь по-датски». Я поняла, что отличное знание языка не отменит того, что я эмигрантка. Потеря корней непростительна для меня самой, но я считаю себя гражданином мира. Планета — моя родина.

Светлана Мостовая, 46 лет

Предприниматель, общественный деятель. Живет в Копенгагене больше 22 лет

Я не смогла жить в Латвии после восстановления независимости: высокая безработица, нищета. Я переехала в Данию в 1994 году. Два года мне отказывали в гражданстве, несмотря на работу и брак.

Мой муж был советским диссидентом, и это стало причиной всех проблем и на Западе: я не могла ни к врачу обратиться, ни язык выучить.

Нас спасла еврейская община — она помогла с работой и с видом на жительство.

Первое время я думала, что это временно. Теперь у меня здесь своя туристическая компания, и для меня важно рассказывать правду о русскоязычных, развенчивать стереотипы и просвещать.

Прошло много лет, прежде чем Дания стала родным местом для меня. Здесь больше свободы и спокойствия. Но я не датчанка и не русская, я что‑то между ними. Нужно родиться здесь и пройти полную социализацию, чтобы считать себя датчанкой. Путь самоидентификации труден, он длится до конца жизни.

Источник: https://daily.afisha.ru/relationship/5453-ya-ne-datchanka-i-ne-russkaya-kak-zhivut-emigranty-90-h-v-danii/

Почему русскому в Дании жить – не очень

Русские в дании

Почему жить в Дании не очень комфортно, расскажет любой русский турист или эмигрант. Я бы не советовал так кардинально менять свою жизнь, переезжая в Данию, ведь всегда хорошо там, где нас нет.

Климат, экология, уклад жизни

Оказавшись в стране, я был приятно удивлен комфортными климатическими условиями. Привычная температура +20˚С порадовала, но вскоре я понял, что постоянными спутниками будут моросящий дождь и сильный ветер. Всегда и повсюду брал с собой зонт.

Меня поразила чистота на улицах города. Даже в голову не пришло выбросить пластиковую бутылку в сквере на траву. В Дании стоят автоматы по приему использованной тары.

К сожалению, я ленив, курю, иногда выпиваю, не могу причислить себя к сторонникам здорового образа жизни. Мне неловко было среди датчан, увлекающихся ежедневными пробежками, ездой на велосипеде даже в проливной дождь. Каждый житель вместе с семьей постоянно занят спортом в свободное от работы время.

Я бы не мог жить как запрограммированный робот, не оставляя ни минуты для своих маленьких человеческих удовольствий.

Транспортное обслуживание

Такси в Дании понадобилось мне в Копенгагене в пятницу в 16 часов. Я заплатил 12 крон за 1 км. Кроме платы за километраж, пришлось внести деньги за время использования транспорта. Впал в уныние, т. к. необходимо было совершать ежедневные поездки в оба конца.

Чтобы приехать из аэропорта Каструп в Копенгаген, нужно заплатить от 7143 руб.

Решил пользоваться общественным транспортом. В Копенгагене можно рассчитывать на поездку в автобусе, пригородном поезде, метро, велосипеде, на речном трамвае. Стоимость билета в метро зависит от числа зон, которые необходимо проехать.

Плохо зная правила, я приобрел билет в первую зону и был оштрафован контролером на 100 евро. Долго не мог разобраться с автоматом, выдающим билеты. На экране высветилась стоимость поездки, но автомат не выдал мне ни денег, ни билета.

Английский язык я знаю плохо, но мне объяснили, что необходимо вытащить карту и лишь затем ввести ПИН-код для получения билета. Честно говоря, я устал от всех этих действий и уже не хотел никуда ехать.

Существует еще система проездных билетов на сутки, неделю в автобусах, метро, поездах. Мне расхотелось пользоваться подобным сервисом. Я предпочел велосипед.

Здравоохранение

В Дании бесплатная медицина. В своей стране я привык к ней и знаю некоторые нюансы. Промокнул под дождем, появился насморк, першение в горле.

Имея при себе медицинскую страховку, обратился за помощью к врачу. Он не выписал мне ни одного препарата. Основное правило лечения ОРВИ и гриппа – отдых.

Горло сильно болело справа, поэтому я дошел до ближайшей аптеки и попросил безобидные обезболивающие пастилки. Квалифицированный фармацевт отказал мне в приобретении препарата, ссылаясь на необходимость рецепта врача. В Дании ни один медикамент нельзя купить без письменного разрешения специалиста.

В течение 2 суток я не мог попасть к врачу, чтобы сделать МРТ, хотя у нас в стране достаточно 2 часов для проведения процедуры. В платной клинике очень высокие цены, поэтому я не мог воспользоваться ее услугами.

Я был несказанно рад тому, что у меня здоровые зубы. В Дании стоимость услуг стоматолога очень высока, туристы, приехавшие из других стран, платят за лечение полную стоимость без учета медицинской страховки.

В Дании можно легко отравиться водопроводной водой. Никто не станет предупреждать вас, для каких целей она предназначена.

Коммунистическая идеология или Social welfare state

Я не люблю политику, но за время пребывания в стране узнал, что здесь процветают здравые идеи социализма.

Датчане ратуют за равные обязанности, поэтому мне показалось странным, что каждый житель понимает, что любой гражданин страны должен стараться изо всех сил, тогда всем будет хорошо.

У меня долго не укладывалось в голове, как люди по просьбе правительства добровольно экономили электроэнергию, а в стране теперь стоят сверхточные счетчики.

Мне понравились выходные дни без автомобилей. Заправки не работают, люди ездят на велосипедах. Здорово, у нас от выхлопных газов дышать нечем.

Сейчас в Дании царит “Новый Смысл”, но мне он непонятен. Я знаю, что еще долго не увижу у себя на Родине применение биоэтанола вместо бензина, работу солнечных батарей, переработку вторсырья, экологическое уничтожение мусора, а вместо угля – сено и солому.

Мне не под силу понять скандинавский социализм, т. к. только рядовые граждане этой страны могут ограничивать себя во всем, увлекаться новыми технологиями. Я свой комфорт не согласен променять на чьи-то общие блага.

Невкусные еда и пиво

Я не являюсь гурманом скандинавской кухни. Мне не нравятся салаты из несочетаемых продуктов, от которых портится настроение. Каждое блюдо очень калорийно, в нем преобладают мясо, дары моря и свежие овощи. Однажды я зашел в таверну.

В этот день мне пришлось попробовать бутерброды с многочисленными слоями невкусных ингредиентов, рыбный суп, овощное рагу. Легкое отвращение вызвало национальное блюдо – соленое куриное мясо со сладким ананасом.

Едва не стошнило от соленой сельди, пряной и сладкой на вкус, поданной под соусом из малины. Отвратительно, я не смог съесть ни одного кусочка этого «замечательного» блюда.

Приобрел в овощном магазине картофель и морковь, и приготовил их без всяких изысков.

Очень понравилась сладкая выпечка:

  • булочки с корицей;
  • морковный торт;
  • пироги с желейной начинкой.

Я люблю пиво, но в Дании этот напиток мне не понравился. Я пробовал Pale Lager (светлый лагер), имеющий легкий привкус, Nisseol – сладкий напиток, не крепкий, который трудно назвать пивом.

Мне больше по-вкусу отечественная продукция.

Источник: https://TourWebRing.com/life/zhit-v-danii-ploxo

«Я из Мурманска, но все равно не могу привыкнуть к местной погоде». Жизнь и учеба в Дании глазами русского | Rusbase

Русские в дании

Даниил Волковский родился в Мурманске, поступил в СПбГУ, а сейчас учится по обмену в Датской школе медиа и журналистики. Он до сих пор не привык к суровому климату и высоким ценам, но уже адаптировался и отмечает, что в новой стране ему комфортно.

«Не думаю, что научился бы столькому в России, — говорит он. — В Школе у нас больше практики и доступно современное оборудование». Профессия журналиста в Дании входит в топ-5 востребованных, а зарплата специалиста может достигать и 300 тысяч рублей в месяц.

Даниил рассказал, чем отличается обучение и проживание в Дании от России, почему сладости в Копенгагене стоят в несколько раз дороже и чем его удивляют местные.

Читайте и другие истории о бизнесе, образовании и жизни
за рубежом в нашей рубрике «Экспаты»

Меня зовут Даниил, мне 22 года. Я родился в Мурманске, учусь в магистратуре СПбГУ на факультете прикладных коммуникаций и работаю SMM-редактором в Motive Agency&Production. Уже несколько месяцев как я в Копенгагене — в Датской школе медиа и журналистики DMJX.

До этого у меня уже был опыт поездок за границу: я был много раз у сестры в Норвегии, где она училась, плюс ездил туда от лицея на четыре дня: было время посмотреть, как происходит обучение в колледже. Например, меня удивили панибратские отношения с педагогами. Студенты даже могли материться! Да и программа обучения у них была менее насыщенной, чем в России.

Я думал об обучении за границей, но после 11 класса не рискнул: мне было 17 лет, я должен быть оказаться в чужой стране. Вернулся к этой идее во время обучения в СПбГУ, так как в вузе есть программы по обмену.

Мне нужен был вуз с общежитием и стипендиями, так как у моей семьи нет возможности оплатить поездку. Выбирал между Данией и Британией. Но из-за выхода из ЕС и коронавируса в Великобританию проблематично получить визу, поэтому я решил выбрать Датскую школу медиа и журналистики.

Квест: приехать в Европу 

Мне рекомендовали приехать заранее, чтобы познакомиться со студентами и городом. Но я вылетел в Данию только за сутки до начала учебы — и то с третьего раза: из-за вируса рейсы отменяли.

В условиях пандемии получение визы становится квестом. Я специально приезжал в Москву, так как там работал единственный визовый центр на всю Россию.

Для визы требуется admission letter — официальный документ о поступлении в вуз, а также нужно заполнить самому и получить от университета специальную форму, создать case order ID, оплатить три сбора в кронах (визовый, консульский, за сдачу биометрических данных — у меня вышло около 40 тысяч рублей), приложить международный сертификат о знании языка и финансовую гарантию.

Обучение в Школе: небольшой курс, свой этаж и много практики

У Датской школы два подразделения: в Орхусе и Копенгагене. Я учусь в Копенгагене. Школа похожа на мой вуз в Питере: это современное здание с несколькими этажами и узкими лестницами, разве что деканат в отдельном здании. Каждый факультет расположен в своем корпусе, а курс — на отдельном этаже.

В The University of Copenhagen и в СПбГУ акцент на теорию, а в Датской школе больше практики. Нас готовят к тому, чтобы мы могли сами придумать, написать, снять, смонтировать и выпустить сюжет или фильм.

В Школе семь программ: фотография, корпоративные коммуникации, ТВ и продюсирование, медиапродюсирование и управление, креативные коммуникации, интерактивный и графический дизайн. Обучение длится 3–3,5 года.

Я вхожу в группу международных студентов из шести человек — половина не приехала из-за коронавируса.

Первый курс был посвящен визуальному сторителлингу, второй — документалистике. Сейчас мы изучаем корпоративные коммуникации.

На курсе 40 студентов и много современного оборудования —10-15 профессиональных видеокамер, есть iMac с пакетом лицензионных программ Adobe — студенты могут использовать их бесплатно. 

Столовая в Школе

«Можно закинуть ноги на парту»

В школе два подхода: журналистский (работа с текстом и концепцией истории) и технический (работа с оборудованием, программами).

К нам также приглашают практиков с местного телевидения или из изданий, а еще у нас много мастер-классов и индивидуальной работы с кураторами.

Преподаватели тут моложе, чем в моем петербургском университете: это люди 35–50 лет. При этом у каждого есть свой проект — то есть они работают и остаются «в теме».

До коронавируса тут уже практиковали совмещение очных и онлайн-занятий. Мы ходим на лекции, воркшопы и семинары, а вот обсуждение проектов происходит в Zoom. Это занимает 20-30 минут и экономит время. Так как студентов много, у каждого есть свой промежуток времени на встречу с преподавателем.

Еще могу отметить, что тут четко работает менеджмент. Во время пандемии все быстро меняется, и если в России ты иногда узнаешь об отмене пары случайно, то в Дании такое невозможно, так как все изменения мгновенно отображаются в корпоративной системе.

Копенгаген

В DMJX демократичные правила поведения на лекциях. Например, мы можем смотреть документальный фильм и пить пиво в аудитории по особым поводам. Причем учителя могут это делать вместе с нами.

Можно закинуть ноги на парту, перекусить на паре или зайти в любое время, хотя так делают очень редко. Об отсутствии на парах или опозданиях предупреждают заранее.

А вот телефоны и планшеты тут не очень приветствуют, хотя практически все студенты заносят конспект в компьютер.

Лекции начинаются в девять утра и заканчиваются где-то в два часа дня. Я добираюсь до школы на велосипеде — получается 26 км в день. Однажды я потерял ключи от велосипеда, было неприятно. Обычно я освобождаюсь в 16-17 часов, когда уже темнеет, поэтому часто смотрю на город именно с велосипеда.

В Дании дают больше практических знаний, чем в России. Думаю, что вряд ли бы научился столькому в своем вузе.

Обычно мы изучаем теорию, а потом применяем ее на конкретном задании индивидуально или в команде. На всех этапах работы мы можем обратиться к преподавателю.

Сейчас мы делаем ролик для Louisiana Channel, который создает контент для одноименного датского музея современного искусства Louisiana Museum. Мы уже познакомились с клиентами и обсудили проблемы, а скоро получим сценарий и будем снимать.

Типичный обед в столовой

«В Дании тоже сложно найти работу» 

К сожалению, я не так хорошо разобрался в карьерных нюансах местной журналистики, чтобы детально рассказать, чем работа и трудоустройство в Дании отличаются от России.

Но знаю, что тут у выпускников вузов такие же проблемы с поиском вакансий. Журналист в Дании получает 25-30 тысяч крон в месяц с налоговым вычетом (около 300-366 тыс. руб. — Прим.) при прожиточном минимуме в 6,5 тысяч крон.

Но тут высокая конкуренция и найти должность с таким окладом сразу после выпуска сложно.

Есть официальный список востребованных в Дании профессий, который обновляется два раза в год — 1 января и 1 июля. Профессия журналиста находится на четвертой позиции, выше — адвокаты, архитекторы и морские инженеры.

Обычно датчане начинают профессиональный журналистский путь в 25-28 лет. До этого момента они занимаются исключительно образованием, затем берут перерыв и думают о своем предназначении, подрабатывая продавцом, кассиром или администратором.

Могу сказать, что в Дании ценятся и диплом, и профессиональный опыт. Диплом для местных — не просто номинальная бумага, которую складывают в стол: тут уровень образования влияет на размер зарплаты. 

Внутри одного из магазинов в Копенгагене

Жизнь в общежитии: никаких консьержей и лояльные правила

Я живу в общежитии и плачу за него 4000 крон в месяц при стипендии в 6700 крон (около 900 евро). Мне повезло: как иностранный резидент я выиграл европейскую стипендию Erasmus+.

В комнате я один. На 12 квадратных метрах помещается самое необходимое, к тому же у меня балкон с красивым видом и панорамное окно. Студенты тут живут вместе: на одном этаже две квартиры, в каждой — по четыре комнаты. А две ванные и кухня у нас общие.

Для сравнения: в Петербурге на таком же метраже со мной жил еще один студент. Тут комната только твоя, а в соседях могут быть и девушки.

При этом в общежитии нет никаких консьержей, турникетов и контроля: ты можешь приходить и уходить когда угодно, приглашать друзей и оставлять их на ночь.

Конечно, мы веселимся! Особенно громкие вечеринки бывают в ночь с пятницы на субботу. После можно еще сдать за деньги металлические банки, стеклянные бутылки из-под алкоголя и заработать. Но из-за коронавируса пока нельзя собираться в компании больше десяти человек. А если соседи скажут, что твоя вечеринка слишком громкая — все нужно прекращать, иначе приедет полиция.

Холодильных типичных студентов

Про погоду, налог на сладкое и пиво 

Меня удивило то, что большинство датчанок загорают без верха, хотя нудистских пляжей тут нет. Местные купаются в холодном море даже в середине октября! Как? Не знаю — я из Мурманска, жил в Петербурге, но все равно не могу привыкнуть к сильным ветрам и дождю. Даже простывал пару раз. А сама погода может меняться настолько быстро, что предугадать ее невозможно.

Кто-то ходит по городу в футболке или шортах… Наверное, они действительно викинги.

В Дании высокие цены, особенно на сладкое. Например, Ritter Sport стоит 14 крон (~170 рублей), Snickers или Twix — от 10 крон (~120 рублей), а за 180-200 граммов хорошего шоколада придется заплатить 20-30 крон (~240-360 рублей), потому что в Дании высокий налог на сахар. Да-да, тут есть налог на сладкое — это один из методов борьбы с ожирением.

Тут много кафе и ресторанов разной кухни, популярны булочные, кофейни и пивные бары, а еще забегаловки, которыми в основном владеют мигранты из восточных и азиатских стран.

Что тут дешево, так это пиво. Датчане много пьют, но не забывают про спорт: местные бегают, катаются на велосипедах. В городе есть мусороперерабатывающий завод, на крыше которого зеленый парк: там можно покататься на скейте или лыжах. Абонемент в зал стоит обычно 200-300 крон.

Я много гуляю в парках, люблю бывать в центре и тихих городских районах, участвую в съемках для датских брендов, хожу на вечеринки и домашние ужины с друзьями, езжу на пляж, путешествую по Дании — в общем, живу как обычный студент. Но я тут всего три месяца, поэтому многое впереди. Учебу совмещаю с работой на удаленке.

Королевская библиотека. Unsplash.com / @nickkimel

И еще немного про датчан 

Несмотря на пандемию, в Копенгагене спокойная атмосфера — паники нет. Летом можно было ходить без маски, а когда в октябре число заболевших стало расти, обязали носить маски в публичных местах. Если тебя поймают без маски — штраф около 700 крон.

Датчане пунктуальные и соблюдают правила, но не потому что тут высокие штрафы — это часть местной культуры. Они открытые и всегда готовы прийти на помощь. Большинство общается на английском, поэтому проблем с пониманием нет. Еще могу отметить, что они красивые и стильные.

У меня появилось много друзей из разных стран. Первое время было сложно адаптироваться — я получил глупый штраф, проехав в метро зайцем, потерял кредитную карту и осваивал велосипедные правила вместе с падениями. Но сейчас мне комфортно.

 Фото в тексте и на обложке: предоставлены героем (если не указан источник)

Нашли опечатку? Выделите текст и нажмите Ctrl + Enter

Источник: https://rb.ru/story/zhizn-i-ucheba-v-danii-glazami-russkogo/

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.